Йотуны. Из книги Квельдульфа Гундарссона.

Йотуны, Рисы и Турсы

Природа йотунского рода

Величайший из всех йотунов это конечно Имир, от которого пошли все предки йотунов и многие предки богов/богинь. Двуполая Имирова природа выражена результатами его смерти: Один и его братья изменили Имирово тело в Землю (Йорд, окончательная женская сущность) и кровь его в море (воплощенное как йотун муж Эгир) и оба потом далее жизнь приносили карлы и духи земли из Земли, водные духи из Моря. Величайшие из йотунов, таким образом, напрямую от линии Имира происходят перед тем как он был убит и порублен и соответственно несут большую порцию сырой мощи спаянных Огня и Льда, также как и древнейшее знание миров. Волюспа речет:

«Я знаю века исполинов древнейших,

Чей род моих предков на свет произвел;

Знаю девять миров я под Деревом вечным,

Чьи корни покоятся в недрах земных».

Три основных термина используются для рода йотунов – рисы (родственно Высокому Старо-Немецкому, но не Англо-Саксонскому, исходит от *wrisi, «горный пик», предполагая размер с гору или место обитания в горах) и турсы (родственно в Англо-Саксонском и Финском, но не в Немецком, возможно от корня означающего «быстродвижущийся и шумный» или от другого отмечающего силу и размер); йотун («пожиратель» или древнее клановое имя), также «имеющее родственность в Англо-Саксонском и в Голландском, но ограничено в Скандинавии и районом Северного моря». Предпринимались попытки провести видовые различия между ними, так например Эдред Торссон идентифицирует йотунов как древних, мудрых и могучих и не вовлеченных в распрю с асами и турсами; рисы огромны, но часто прекрасны и искусны в ремеслах и вступают в брак с людьми, а турсы тупые, но могущественные враги сил разума.

К сожалению, нет намека на четкое различие в любом из исторических источников, кроме Саги о Барде, в котором рисы и турсы идентифицируются как разные расы и политические силы, но и это и это, кажется, по крайней мере столько вопрос создания подходящего сюжета человеком , чем основано на подлинной осведомленности об языческих различий между терминами. В старейших источниках мы видим, что Норны, мудрейшие и сильнейшие виз всех, названы турс-девами в Волюспе «Пока не явились три вещие Девы, Из земли исполинов могучие гости.»; Трюм описан как asþursa dróttin (боевой вождь шайки турсов), он повелевает слугам «Standit up, iötnar oc stráið becci!» «Скорей застилайте, ётуны, скамьи!». Сам Имир назван гримтурсом hrímþurs (инея турс) и йотуном iötunn, когда описывается создание рода гигантов (Речи Вафтруднира). Тор говорит Альвису, что он похож на турса, а Регин, человек который стал карлом, назван «хладно-инеистым йотуном».

Слово турс, как кажется, использовалось в контексте прямо обозначающим действующих по злой воле чаще другим имен для Имира рода, это слово обнаруживается и в проклятиях, но это вероятно связано с использованием одноименной руны в этих вырезанных проклятиях. Слово йотун, подобно турсу, использовалось для искаженных и ужасающих духов: стоголовая мать Хюмира, трехголовый турс из För Skírnis, ав  “Саге о Гаутреке” фигурирует, Старкад дед-великан с восемью руками. Таким образом видим мы тут взаимозаменяемость сих терминов, но в некоторых случаях турс кажется более оскорбительным и резким термином среди йотунских самоназваний. Скирнир грозит Герд браком с трехголовым турсом (используя фразы «йотунгарт» и «инеистых турсов зал» для некоего места в проклинательной стансе). Когда Один желает оскорбить провидицу в Снах Бальдра то так кричит про нее:

«Ты же не вёльва,

провидица вещая,

ты, верно, мать

трех великанов!»

, хотя это может быть более тонким оскорблением, чем уподобление ее ведьме из Железного Леса.

Надо сказать, что самые разрушительные и ужасные силы среди Имира рода, орел Хресвельг и волки, что пожрут Солнце и Луну, идентифицируются как йотуны чаще чем как турсы, а в случае с Герл Пол Бибире отмечает, что Скирнирово проклятье коренится в ее собственной природе, все вещи которыми он ее стращает являются потенциальными характеристиками йотунши. Как воплощение земной мощи, она может выбрать стать плодородной как жена Фрейра, или она может выбрать стать бесплодной и таким образом пристанищем для злостных духов, как полагает Дронке, если она отринет Фрейра. «Она рассматривается как угроза для человеческого процветания, как сорняк в кукурузе», следовательно, изображение в проклятие уничтожается, как чертополох в конце сбора урожая («Искусство и традиции», с. 296).

3.2. Йотунши

Двойственная природа великанш может быть ясно увидена, когда йотун-богиня предстает как один из самых грозных врагов в германских героических сказаниях, старая мать троллей. В Беовульфе, Саге о Греттире, и Thórsteins þáttr uxafóts самая главная проблема героя не отпрыск великанского рода в расцвете сил, не патриарх, но мать. Это может отражением  Йотун-Дома во многих случаях саг в которых взрослые сыны ведом и направляемы (часто магически) матерью, которая, несмотря на то, что сын владеет мечом, остается могущественным и самым опасным членом семьи, так же и склонным к чародейству. Йотунши плодящиеся в Железном Лесу вписываются в эту модель, и «мать трех турсов» может быть оскорблением, выражающим подозреваемую связь. Тор прикладывает много усилий (не рыцарских, но вполне практических) чтобы при каждом удобном случае перебить побольше женщин йотунского рода. Большинство йотунов которых он перечисляет как убитых в молитвах-поэмах Vetrliði Sumarliðason и Thórbjörn dísarskáld женского пола (два великана и две великанши/два великана и шесть великанш, соответственно). Так говорит Тор в «Песне о Харбарде»

Тор сказал:

«На востоке я был,

там истреблял я

злобных жен турсов,

в горы бежавших;

когда б то не сделал,

разросся бы род их

и в Мидгарде люди

жить не смогли б.

Один же в противоположность похваляется совращением различных сверхъестественных дев. Сильные физически горны женщины быстро становятся угрожающими и опасными, в то время как турсы зовутся «мучением женщин» и похотливые мужи той породы представляют угрозу для женщин и богинь, и по справедливости йотунш можно назвать «мучением мужчин». В странствии Тора до дома Гейрреда есть сцена где дочь Гейрреда Гьяльп производит подъем воды в реке мочою или менструацией «Тогда смотрит Тор: стоит выше по течению в расщелине Гьяльп, дочь Гейрреда, ногамив оба берега упирается и вызывает подъем воды.».Сие предполагает, что разрушительный потенциал этой дикой женщины может, также выраженные в других я местах протекания неблагоприятных жидкостей. В «Перебранке Локи» читаем Локи [сказал:]

«Ты, Ньёрд, молчи!

Не ты ли богами

был послан заложником;

дочери Хюмира

в рот твой мочились,

как будто в корыто».

Келандер также предполагает, что в историях о Дикой Охоте в которых единичный охотник преследует сверхъестественную женщину могут сохранять память о Торовых стремлениях истребить йотунских женщин. («Oskoreien ok beslaktade förestallningar»).

Страх перед кастрациею женскими силами также обнаруживается в контексте дщерей Имира. Одно из оскорблений находимое в Helgakviða Hundingsbana I таково: «Не был ты отцом Фенрир-волков (подразумеваются йотун-волки)…потому что оскоплен был перед Гнипалундром на Тор Несс турс-девами». Локки близко подходит к жертвоприношению своих тестикул в процессе борьбы смехом с гневом Скади.

Предположительно, поднесение чучела конского члена «Mörnir» в сопровождении похабных стихов, показывает что похотливость йотунских женщин может быть преобразована в более плодотворный и полезный характер путем готового предложения мужской части вместе с юмором или любовью, как в случае ухаживания Фрейра за Герд, где он должен отказаться от меча и жеребца (если не непосредственно от себя, по крайне как необходимого средства для победы над ней) чтобы расположить ее.

3.3Пожиратели мертвых

Карл Хельм предполагает. Что похожая этимология слова йотун как пожиратель (eater) восходит к вере, что они вкушали мертвых. Имя Хресвельг («трупо-глотатель») для йотуна в орлином образе, который сидит на восточном суке Иггдрасиля и надувает ветра своими крылами подтверждает сей аргумент. «В ярости древней; над трупами клекчетСерый Орел.» речет нам прорицание провидицы. Когда йотуны являются в животных обликах, обычно становятся орлами (Тьяцци, Суттунг, Хресвельг) или волков, как в Волюспе. «На востоке, средь Леса Железного, СтараяСидела, и Фенрира чад породила.Один из них некогда сделаться должен, В обличии зверя, губителем света. Станет питаться он мясом умерших, Кровью обрызжет престолы богов.»

А Волюспа 39 указывает далее: «Ниддхегг глодал там тела охладелые. Волк рвал погибших.»

Эти два варианта тайных значимы, потому что орлы и волки это двое из «зверей битвы», третий это ворон и названы они так потому, что пируют средь тел павших. «Есть зверь, что зовется волк. Его следует упоминать в кеннингах крови и трупов, называя их его пищей и его питьем.»

3.5 –География Йотунхейма

Могущественнейшие из Йотунского рода, чьи сила и ум были даже вызовом для богов, и о которых многие из святых сказов говорят по-видимому полностью обитают в Потустороннем Йотунхейме, который может перекрываться в местах диких с Мидгардом  т, но ясно сказано, что их собственный мир, к востоку от Асгард и частью с другими областями граничит по могучей реке Эливагар (Песня о Хюмире), над которым даже Тор, который хорошо одолевает сильные потоки («Кермт и Эрмт и Керлауг обе Тор вброд переходит в те дни, когда асы вершат правосудье у ясеня Иггдрасиль; в ту пору священные воды кипят, пламенеет мост асов.» {Речи Гримнира)) иногда нуждается в помощи перевозчика на пересечение потока{Hdrbarðsljóð). Водная преграда обычный маркер земель мертвых в Индо-Европейской культуре в целом, в Северной вере, мертвые постоянно характеризуются как должные пересечь воду чтобы достичь их финального назначения, в корабле (на Готландской камне-картине), через мост (поездка Хермода в Хель, Эйрика речи) или с перевозчиком, и Эливагар, как обсуждается ниже, частично характеризуется в своем верховье и конечно такой поток.

            Далее, ведаем мы что Йотунхейм гористый (описание свадьбы Ньорда и Скади, Песни о Харбарде 23, часто высокие виднеются где Йотунхейм касается МИдгарда) и часть его покрывает Железный Лес, где йотунши рожают.

В перечислении обителей богов Один отмечает что Скади сейчас проживает в Трюмхейме (дом шума) где ее отец йотун Тьяцци жил (Речи Гримнира 11), это намек, что ее брак с благочестивыми родом, и, возможно, поклонением, что она получает от людей в ее vés (Святые ограды) и освященные поля {Lokasenna 51), перенесен Трюмхейм ближе к Асгарду.

Скирнир грозит Герд отправить ее в разные малоприятные места Йотунхейма: «Хримгримнир турc, за решетку смерти посадит тебя; тролли напоят тебя под землею козьей мочой;» и «На орлиной скале ты будешь сидеть, не глядя на мир, Хель озирая;»

Видим мы, что и с Хель Йотунхейм граничит.

Сущность Скади не была изменена ее свадьбой, однако, только человеечское восприятие этого, основанное возможно на  смене от вредности и бесполезности как йотун к помогающей богине произошла. Одна из старейших скальдических поэм Браги Старого Драпа о Рагнаре называет Скади öndurdís (снегоступов богиня) и о ней говорится как о «öndurgoð» (снегоступов божество) в Haustlöng и Háleygjatal, и из этого видим, что зимним путникам оказывает она помощь. Йотунхейм и его обитатели близки к Нижнему миру во многих путях. Снорри говорит, «И часто встает она на лыжи, берет лук и стреляет дичь.»

В «Поездке Брюнхильд в Хель» Брюнхильд изменяет свой маршрут в Хель из за великанши которая говорит ей «»Ты не дерзнешь через двор мой ехать,из камня ограда его окружает; ткать бы тебе больше пристало, чем ехать следом за мужем чужим! (мертвый Сигурд)». Нет способа узнать проходит ли путь в Хель через Йотунхейм, или йотунша в этой поэме персона подобная Мордгуд, которая караулит мост в Хель.

Фраза «niðr ok norðr» (вниз и на север) для направления в Хель используется в «Пряди о жители горы» где обитатель горы речет: «ferk norðr et nyrðra niðr» (я путешествовал на север на северный путь вниз) описывая свой путь к Эливагару и «третьему миру». Сам Эливагар бежит из Нифльхейма, который в далеком севере, Снорри отмечает, что Тор шел вдоль Эливагара с Севера. В «Снах Бальдра» Один «оттуда он вниз в Нифльхель поехал», но чтобы поговорить с мертвой йотуншей-провидицей он должен был ходить «На восток от ворот выехал Один». «Сага об Инглингах» описывая смерть короля Свейгдира: «Свейгдира раз зазвал обманом, заворожил житель скальный, когда пред ним, наследником Дусли, камень отверз Ненавистник света. И славный вождь канул под своды пышных палат Сёкмимира». Тут видна связь палат подземных с царством мертвых.

Другие такие случаи  связывающие карлов и йотунов вместе с Нижним Миром и мертвецами есть в «Речах Альвиса». Тор говорит: «Что за пришелец? Что бледен твой лик? Не спал ли ты с трупом? Ты с великанами сходен обличьем, в мужья не годишься!» и в повествовании про Одрерир. В сказе об Одрерире и «Саге об Инглингах» также усиливается связь Одина с карлами, йотунами и мертвыми. Так и предложение сделанное карлом Свейгдиру встретить Одина в камне, Свейгдир это также хейти Одина, и также соотносится с собственным   Одина в «Саге об Инглингах», особенно если учесть частично мифологический характер ранних правителей Инглингов.

3.6—Йотуны как источники учения

Сами боги хаживали к йотунам за знанием. В «песне о Хюндле» описано как Фрейя посылает своего любовника и почитателя Отара к йотунше Хюндле чтобы узнать о его предках, дабы обрести наследство. Первая станса демонстрирует, что обращение к любому из йотунского или тролльского рода обитающего в горных местах или ином царстве требует высокой степени учтивых манер, даже и от великой богини. «Проснись, дева дев! Пробудись, подруга, Хюндла, сестра. в пещере живущая! Ночь непроглядна. настало нам время в Вальгаллу ехать, в чертоги священные!» Хюндла со своей йотунской мудростью видит, что Отар прикинулся боровом, и предсказывает Фрейе погибель его «ведь милый твой здесь, на дороге мертвых, юноша Отар Иннстейна сын", но также она также отвечает на вопрос и добавляет еще о богах также. Однако когда Фрейя злоупотребляет добрым нравом великанщи и повелевает дать Отару эля памяти, Хюндла теряет терпение, оскорбляет богиню и они обмениваются бранью. Провидица Волюспы также видать йотунского рода и вполне вероятно мертва, как и провидица из Снов Бальдра. В Речах Вафтруднира Один спрашивает у него о судьбах богов и миров, спасаясь от каверзных вопросов, как герои многих народных сказаний, которые получают ответы у духов и уходят невредимыми. Подобным же образом роль Суттунга и Гуннлёд в сохранении меда поэзии это характеристика великих йотунов, которые, в контраст Одину, предпочитают копить знания, а не делиться ими, и Одину приходится предпринимать ряд обманов и хитростей, опять таки как герои сказок обманывают злых троллей и людоедов.
Самый мудрый йотун это конечно Мимир, разгадок даритель и учитель, да и брат матери Одина, по Речам Высокого. «Девять песен узнал я от сына Бёльторна, Бестлы отца»

3.7Йотуны да боги. Друзья и враги.

Как уже мы говаривали ранее отношения между обитателями Йотунхейма и богом/гиней и людьми весьма различаются. С одного конца спектра мы видим яростных вкушателей мертвых, которые добиваются временного триумфа. Но следует, однако отметить, что в сагах Эры Викингов мы не находим упоминания о пожирании йотунами живых, что повсеместно встречается в поздних Норвежских и Исландских сказках про троллей. Грюла, которая идет в Йоль со своей сумой собирать плохих детей для своего горшка (Арни Бьорнссон Vattatal) восходит, по крайней мере, к тринадцатому Рагнароку, не говоря уже о йотунах детях Локи Фенрире и Йормунгандре. Женщины против которых Тор учиняет побоища также видимо принадлежат к классу дичайших из рода Имира, проклятье которым Скирнир стращает Герд упоминает о тех, которые, в отличие от собственной благородной линии Герд, видятся более разрушительными и зело недружелюбными. С другого же конца ряда мы видим родичей и друзей богов/инь, некоторые из которых получает почитание по своему праву. Одинова мать Бестла, брат его матери Мимир, и его кровный брат и доверенный друг Тора Локки, Торова мать Земля, наложница его (и мать его наследников) Ярнсакса, и союзник его в Йотунхейме Грид, отец Тюра Хюмир (хотя и более неоднозначная фигура), невесты Ньорда и Фрейра Герд и Скади, Гевьон любовник-йотун, от которого сыны быки породились, распахавшие Зеландию и йотун-дева Хюррокин, которая столкнула погребальную ладью с Бальдром.

Между этими полярностями такие фигуры как Вафтруднир, Хюндла и Утгард-Локи, которые частично недружественны, но не несут прямой злой воли обитателям Асгарда, и те из Йотун-рода, которые сражаются против богов в том, что может быть описано как политическая манера (частично за вещи или личностей силы:  похищение Идунн Тьяцци, кража молота Тора Трюмом, чтобы получить Фрейю как выкуп, попытка Гейрреда заманить Тора в западню и так далее)

В то время, как отмечалось выше (раздел 3.1), основные стремления выражаются в Фрейе-йотун-истории, кажется, связаны с темной стороной их природы, это длинный путь между переговорами Трюма насчет его желанной невесты в очень человеческой манере и монстрами, которые пожирают мертвых, желают сожрать солнце и луну, или ждут свой шанс, чтобы убить Тора и Одина. Эти различия, кажется, в значительной степени вопрос личного характера и опыта: к примеру, двое детей Локки (Фенрир и Йормунгандр) среди величайших ворогов богов (у Фенрира, конечно веская прbчина гневаться за предательство и длительное заточение), одна (Хель) не вредит и не способствует и способна к переговорам, а четвертое дитя (Слейпнир) доверенный скакун Одина.

Скади тоже являет полный спектр возможностей являемых йотун-родом. Имя ее происходит от слов «тень» или»вред», и предполагает большинство горе приносящей стороны йотун-рода, она предстает как наездница на волке в Саге о Харальде. В сказах о богах она появляется как враг, ищущий виры или отмщения за смерть отца (и совместно ее чувство юмора и ее желание Бальдра в мужья, демонстрирует элементы агрессивной сексуальности присущие тролльшам и йотуншам) и затем становится богиней с установленным почитанием, что может быть продемонстрировано значительным числом топографических названий с ее именем в Швеции и юго-восточной Норвегии.

Фундаментальная личная неоднозначность отношений между родом Имира и богами частично проясняется в сказании о Старкаде. Его ненавидит Тор, не только за великанскую кровь как таковую, но и по более личным причинам, потому что его человеческая бабушка предпочла восьмирукого йотуна (также Старкада) самому Тору, и молодой Старкад является перерождением старейшего. Зато ему благоволит Один и Старкад предстает в героических историях Севера. Саксон Грамматик в «Деяниях датчан» называет его сыном Сторверка (Stуrverk, Stуrvirkr, «человек великого деяния»; русский переводчик Б. И. Ярхо передаёт его имя как «Сила Подвигович») и повествует о его службе датскому королю Фрото. Старкада описывали как уродливого клыкастого человека гигантского роста. У Старкада было шесть рук, враг великанов Тор сделал его двуруким, отрубив ему остальные. Старкад, дабы завоевать расположение Одина, умертвил по его повелению своего вождя, норвежского короля Викара [О. Хёфлер толкует имя Vikarr как «человек с волосами посвящённого» (богам)], удавив его и поразив мечом. По «Саге о Гаутреке», Старкад намеревался совершить лишь символическое жертвоприношение, надев Викару на шею петлю и прикоснувшись к его телу стеблем камыша, но петля впилась в горло, а камыш превратился в копьё и умертвил короля (ср. превращение омелы в копьё в мифе об убийстве Бальдра; второй член имени Старкад, видимо, Хёд — так звали невольного убийцу Бальдра). Старкад — «одинический» (связанный с Одином) герой, и заклание им Викара представляет собой воспроизведение жертвоприношения Одина. А. Ольрик усматривает в этом акте отражение ритуального убийства короля, О. Хёфлер и Я. де Фрис — ритуал инициации.
Один покровительствует Старкаду. В ночь накануне жертвоприношения Старкад, разбуженный своим воспитателем, прибывает вместе с ним на остров, где на лесной поляне видит 11 человек, восседающих на престолах; 12-й престол занимает воспитатель Старкада, и присутствовавшие приветствуют его как Одина. Один определяет судьбу Старкада. Он дарует Старкаду три жизни, великолепное оружие и сокровища, сообщает ему дар поэзии, обещает уважение знати (в благодарность за это Старкад и производит культовое жертвоприношение Викара). Тор, противник Старкада, предрекает, что Старкад совершит злодеяние в каждую из трёх дарованных ему жизней, никогда не приобретёт земли и не будет удовлетворён тем, чем владеет, не запомнит ничего из сочинённого им и испытает ненависть простонародья. Но в итоге он стал ежели не проявлением Одина, но уж точно Одинической фигурою. Старкад «стал, по факту, представителем бога сечи в мире людей» (Grundy, «Óðinn and his Heroes», p. 85)

Реклама
Запись опубликована в рубрике Статьи с метками , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s